Популярное
Лучшее

Написать нам

Ваше сообщение
успешно отправленно!
Скоро мы вам ответим.
Наш проект живёт за счёт рекламы. Отключите AdBlock. Мы скажем «Спасибо» и сделаем рекламу интересной.
Хабаровск
Руслан Павлишин
30.11.2015
3722
Безымени

Безымени: бывший заключённый

Многие видели по телевизору фильмы и даже сериалы, в которых действия разворачиваются в местах не столь отдалённых. Но мало кто знает, каково там на самом деле, как сильно тюрьма влияет на человека и его жизнь, а спрашивать лично никто особо не решается. Мы взяли интервью у бывшего заключённого и разузнали, как обстоят дела за решёткой.

ПХ: За какое преступление ты оказался в тюрьме?

Аноним: Я не хочу отвечать на этот вопрос. Могу сказать только то, что это было стечением обстоятельств и меня подставили. Знаю, большинство заключённых так говорит, но на деле так оно и есть: множество арестантов сидит за более тяжкие преступления, чем они совершили на самом деле, а остальных вяжут по подставным делам, проще говоря – сажают невиновных.
 

ПХ: Какой срок ты получил и где отбывал его?



Аноним: Десять месяцев СИЗО №1, в простонародье – тюрьма. Она считается «чёрной», то есть, власть в ней отчасти принадлежит осуждённым. Таких мест заключения остаётся всё меньше. Считаю, что мне повезло. В «красных» (власть у администрации) всё намного строже. Там не станут с тобой церемониться, и, чтобы раскрыть дело, опера будут избивать и пытать тебя. 

ПХ: Как бы ты описал отношение заключённых и работников СИЗО к тебе?

Аноним: У меня складывалось впечатление, словно я хожу по острию ножа. В каждом разговоре чувствовался какой-то подвох. Казалось, стоит только повернуться спиной, и мне перережут горло. Такое чувство посещало не только меня, все жили с этим ощущением, никто друг другу не доверял. Конечно, были и конфликты. Но, когда живёшь с одними и теми же людьми на протяжении долгого времени, независимо от того, кто они, заключённые или законопослушные граждане, разногласий не миновать.

Если говорить о сотрудниках, то в СИЗО работают преимущественно женщины. Как уже говорил, я сидел в «чёрной» тюрьме, поэтому на нас особо не давили. Иногда с ними можно было договориться. Кто-то мог дать немного сигарет и закрыть глаза на некоторые вещи. Конечно, были и те, кто нас прессовал: они проводили обыски и «зарубали трассу» (это когда менты перекрывают сеть, по которой тюрьма передаёт информацию или какие-нибудь вещи из камеры в камеру по вентиляции). Но все эти «облавы» (внеплановые проверки) делались больше для вида.




ПХ: Тебе было тяжело жить в тех условиях?

Аноним: Тяжело. Там всем тяжело, даже тем, кто стремится туда по собственной воле. Мне пришлось жить в ужасных условиях. Камера по размеру чуть больше, чем подсобка у какого-нибудь завхоза, и больше напоминает подвал коммунальной квартиры, чем место, где могли бы жить люди. У нас было девять «шконок» (кроватей), рассчитанных на пятнадцать человек, столько нас проживало в одной «хате» (камере). Половина спит днём, другая – ночью. Тюрьма вообще живёт ночью, поэтому больше всего мне не хватало сна. Сны за решёткой – самое прекрасное, что может случиться по ту сторону. Они были настолько красочными и правдоподобными, что, просыпаясь, я долго не мог поверить, что это был лишь плод моего воображения.


Мне потребовалось где-то месяца два-три, чтобы хоть как-то освоиться и понять правила жизни в неволе. Ведь пока меня не посадили, моё представление о том, что происходит за этими высокими стенами, было совершенно расплывчатым. Я считаю, что к тюрьме привыкнуть невозможно. 

ПХ: Чем ты занимался в свободное время?

Аноним: Читал. Я за десять месяцев прочёл тридцать восемь книг. Разных: от фантастики до общеобразовательной литературы. Но порой и это было тяжело делать. Как такового времени на себя практически нет. Нужно было заниматься тюремной деятельностью. Тянуть «межпродольную трассу» (передавать, что-либо по вентиляции), стоять на стрёме, кричать в окно разные сообщения другим «хатам». Если вы ночью будете проходить мимо СИЗО, то услышите, как арестанты орут друг другу. Неважно, хочешь ты этого или нет, тебе придётся это делать. Там существует такая система, с которой невозможно бороться, как бы ты не старался. 



ПХ: Скажи, тюрьма в жизни отличается от той, что показывают нам в кино?

Аноним: Кардинально. Всё, что показывают в кино – это бред сумасшедшего и полная чушь. Ад на земле – это тюрьма. Мне жаль тех парнишек, которые, насмотревшись фильмов про уголовный мир, ходят по улице и кричат: «А.У.Е.-А.У.Е.!» (Арестантский уклад един) или пишут где попало надпись «Л.Х.В.С.» (Людям ход ворам свобода), не имея истинного представления о том, что там происходит.
 

ПХ: Как ты себя чувствовал после освобождения? В самые первые дни.

Аноним: Когда я только вышел и вдохнул этот «воздух свободы», меня охватило чувство эйфории. Словно был пьян или под наркотиками. Долго не мог поверить в то, что я на воле. Мне казалось, что это сон, что я вот-вот проснусь и снова окажусь в той ужасной камере.

Меня радовали разные мелочи. Ты не представляешь себе, какое это наслаждение есть столько, сколько хочешь, а не столько, сколько у тебя есть. Спать и не беспокоиться, что может случиться что-то плохое. Простое принятие собственного душа приносило мне огромное удовольствие. Но, конечно, больше всего я был счастлив снова оказаться с близкими мне людьми. 

ПХ: Сильно ли ты изменился после пережитого тобой в тюрьме?

Аноним: Тяжело сказать про самого себя. Я бы хотел, чтобы на этот вопрос ответили мои друзья. Если кратко, то до того момента, как меня посадили, я был беспечным и совершенно безрассудным человеком. После освобождения стал спокойнее, уравновешеннее, может, чуточку мудрее, перестал с головой кидаться в ненужные приключения и начал задумываться о последствиях. Теперь я больше слушаю, чем говорю.
 

ПХ: Как относятся люди к тому факту, что ты – бывший заключённый?

Аноним: Вокруг меня стало меньше людей. Многие, кто со мной раньше хорошо общался, отвернулись. А те люди, с которыми были некие разногласия и от которых я совершенно не ожидал никакой поддержки, непонятно почему начали помогать и действительно волноваться о моих делах. За это я им безмерно благодарен. Но первое, что я заметил, – то, как изменился взгляд собеседников. Они стали смотреть на меня с какой-то опаской и недоверием. Кто-то вообще удивлялся, что я здесь, а не за решёткой. Моя история обросла различными слухами, что существенно повлияло на отношение людей ко мне, но, прежде всего, изменилось моё отношение к окружающим. Тюрьма научила меня видеть людей и понимать, что у них на уме.

ПХ: После освобождения изменилось ли у тебя представление о своём ближайшем будущем?

Аноним: До того, как меня посадили, я не представлял, что меня ждёт в будущем. Максимум – планировал уехать жить во Владивосток.
 У меня была весёлая и беззаботная жизнь, поэтому я не особо задумывался о «завтрашнем дне». Теперь всё иначе. После такого жизненного опыта я могу с уверенностью сказать, что всё то, что происходит вокруг меня и со мной, к лучшему.

Обсудить материал и оставить комментарии вы можете в наших сообществах в социальных сетях: ВконтактеFacebook или Instagram.

Поделиться с друзьями: